RF: +7 495 280-36-69 office@advokat-sazonov.ru
UAE: +971 52 652 27 72 office@advokat-sazonov.ru
China: +86 150 1143 2070 office@advokat-sazonov.ru
28 позиций. Обзор судебной практики

Media center

28 позиций. Обзор судебной практики

28 позиций. Обзор судебной практики

В Обзоре ВС РФ решен ряд спорных вопросов, связанных с применением норм Закона о банкротстве в делах по спорам с участием органов исполнительной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления, наделенных полномочиями представлять требования этих публично-правовых образований.

Обзор судебной практики и данные ВС РФ разъяснения являются своевременными и необходимыми, поскольку суд в указанном документе не только разъясняет вопросы, касающиеся участия налоговых органов в процедурах банкротства, но также систематизирует судебную практику и приводит ее к единообразному подходу в разрешении дел, связанных с банкротством. Это тем более важно, так как по данной категории дел ранее существовала довольно противоречивая практика.

В Обзоре тщательно рассмотрен вопрос разграничения текущих и реестровых обязательных платежей. Действительно, в данной сфере банкротных процедур существует неоднозначная судебная практика, и приведение ее к единообразию – давно назревшая необходимость, которая частично разрешается в Обзоре судебной практики.

Обратимся к некоторым, на наш взгляд, интересным и актуальным вопросам, изложенным в Обзоре.

Материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут служить доказательственной базой при рассмотрении возражений уполномоченного органа на требование кредитора, оспаривании уполномоченным органом сделки, на которой основано требование кредитора, при обжаловании судебного акта, подтверждающего заявленное в деле о банкротстве требование (п. 13 Обзора судебной практики).

В качестве примера приводятся материалы дела, в котором должник и его контрагент обратились в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности по оплате поставленных товаров. Уполномоченный орган и конкурсный управляющий заявили возражения относительно обоснованности данного заявления, ссылаясь на материалы проведенной в отношении должника налоговой проверки, из которых следовало, что его отношения с обратившимся в суд контрагентом не носили реального характера.

Суды первой и апелляционной инстанций включили задолженность по их оплате в реестр требований кредиторов, поскольку пришли к выводу, что товары были реально поставлены должнику, а материалы налоговой проверки лишь косвенно ставят под сомнение исполнение договора.

Однако, как указано в Обзоре, к числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки, согласно ст. 75 АПК РФ, могут быть отнесены и материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение), указывающие, в частности, на: невозможность реального осуществления должником и (или) его контрагентом операций исходя из времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности ввиду того, что не имелось в наличии должных управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. В данном случае уполномоченным органом со ссылкой на материалы налоговой проверки были высказаны обоснованные сомнения в реальности исполнения договора купли-продажи.

Можно резюмировать, что в Обзоре сделан акцент на право приводить в качестве надлежащих доказательств материалы налоговых проверок, которые не являются косвенными доказательствами, а имеют достаточно сильные позиции.

В п. 26 Обзора судебной практики рассмотрен вопрос разрешения заявления уполномоченного органа о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности в случае, если руководитель своевременно не обратился в суд при наличии признаков неплатежеспособности компании-должника.
ВС РФ привел пример из судебной практики, в котором суд округа отменил судебные акты первой и апелляционной инстанций, направил данный обособленный спор на новое рассмотрение.

Суд в примере согласился с тем, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Судом был принят довод ответчика о том, что вопрос о правомерности требований налогового органа об уплате недоимки на момент принятия инспекцией соответствующего решения не являлся очевидным в том числе по причине отсутствия единообразия в применении налогового законодательства, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о наличии спорной недоимки, не получил какой-либо правовой оценки со стороны судов первой и апелляционной инстанций.

Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что факт оспаривания генеральным директором правомерности требований налогового органа в судебном порядке является одним из факторов, позволяющих в будущем избежать риска привлечения к субсидиарной ответственности в случае, когда руководитель не исполнил обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

Также в Обзоре судебной практики (п. 24) рассматривается вопрос об освобождении (отстранении) конкурсного управляющего. «При освобождении (отстранении) конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей уполномоченный орган вправе инициировать проведение собрания кредиторов на основании абз. 4 п. 1 ст. 14 Закона о банкротстве и провести его применительно к правилам п. 5 ст. 12 Закона о банкротстве. Предусмотренный п. 6 ст. 45 Закона о банкротстве 10-дневный срок для выбора кандидатуры нового арбитражного управляющего исчисляется с момента вынесения судом определения об освобождении (отстранении) предыдущего арбитражного управляющего. Нарушение указанного 10-дневного срока не является основанием для отказа в назначении того арбитражного управляющего, который предложен собранием кредиторов», – подчеркивает ВС РФ.

Пункт 6 ст. 45 Закона о банкротстве гласит: «В случае, если арбитражный управляющий освобожден или отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и решение о выборе иного арбитражного управляющего или иной саморегулируемой организации арбитражных управляющих не представлено собранием кредиторов в арбитражный суд в течение десяти дней с даты освобождения или отстранения арбитражного управляющего, саморегулируемая организация, членом которой являлся такой арбитражный управляющий, представляет в арбитражный суд в порядке, установленном настоящей статьей, кандидатуру арбитражного управляющего для утверждения в деле о банкротстве».

В примере, приводящемся в Обзоре, суд первой инстанции, выводы которого поддержали суды апелляционной инстанции и округа, прекратил полномочия арбитражного управляющего, обратившегося с заявлением об освобождении его от занимаемой должности. Суд утвердил нового управляющего, кандидатура которого была предложена саморегулируемой организацией, членом которой являлся предыдущий управляющий. Суд указал на то, что право выбора кандидатуры нового арбитражного управляющего либо иной саморегулируемой организации не было реализовано в течение десяти дней со дня подачи предыдущим конкурсным управляющим заявления об освобождении его от занимаемой должности, а потому применению подлежит п. 6 ст. 45 Закона о банкротстве, в соответствии с которым суд назначает арбитражного управляющего из саморегулируемой организации, членом которой являлся освобожденный (отстраненный) арбитражный управляющий.

Судебная коллегия по экономическим спорам, отменив принятые решения, указала на следующее. Десятидневный срок для проведения собрания кредиторов по вопросу о выборе нового арбитражного управляющего исчисляется не со дня обращения предыдущего управляющего с ходатайством об освобождении его от занимаемой должности (обращения кредитора с требованием об отстранении и т.д.), а со дня фиксации факта прекращения полномочий в процессуальном порядке, то есть со дня вынесения судом определения об освобождении (отстранении) конкурсного управляющего от занимаемой им должности.

В Обзоре практики указано, что само по себе нарушение упомянутого срока не влечет за собой утрату собранием кредиторов права на выбор нового конкурсного управляющего и не является основанием для отказа в назначении того арбитражного управляющего, который предложен собранием кредиторов к моменту проведения судебного заседания по вопросу об утверждении нового арбитражного управляющего.

Данное разъяснение представляется важным, поскольку способствует устранению формального подхода в утверждении конкурсного управляющего и реализации права кредиторов на выбор кандидатуры управляющего. Действительно, установленные законом десять дней – это довольно сжатые сроки для подготовки и проведения процедуры выбора нового арбитражного управляющего, и кредиторы не всегда могут уложиться в этот срок по объективным причинам.

В п. 27 Обзора судебной практики разъяснен вопрос о смене арбитражного управляющего при переходе статуса заявителя по делу о банкротстве к иному лицу. ВС РФ утверждает, что переход статуса заявителя к иному лицу не предоставляет ему права пересмотреть предложенную первым заявителем кандидатуру арбитражного управляющего.

Согласно п. 5 ст. 313 ГК РФ «к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со ст. 387… Если права кредитора по обязательству перешли к третьему лицу в части, они не могут быть использованы им в ущерб кредитору, в частности такие права не имеют преимуществ при их удовлетворении за счет обеспечивающего обязательства или при недостаточности у должника средств для удовлетворения требования в полном объеме».

Несмотря на то что в силу п. 5 ст. 313 ГК РФ на стороне заявителя по делу о банкротстве произошла суброгация, изменение субъектного состава правоотношения не предоставляет права новому заявителю (кооперативу) пересмотреть предложенную его правопредшественником кандидатуру арбитражного управляющего. В подобном случае назначению в качестве временного управляющего подлежит то лицо, которое указано в первом заявлении о признании должника банкротом.

Таким образом, во избежание злоупотребления правом со стороны заинтересованных лиц ВС РФ разъясняет, что с учетом специфики отношений банкротства право на предложение кандидатуры арбитражного управляющего либо саморегулируемой организации не может перейти ко второму заявителю, независимо от погашения заявленного первоначально требования должником либо осуществления процессуального правопреемства.

В заключение следует отметить, что, безусловно, все 28 правовых позиций Обзора судебной практики способствуют обеспечению единообразных подходов к разрешению споров, вытекающих из участия уполномоченных органов в процедурах банкротства, а также дают необходимые толкования по важным вопросам правоприменительной практики.

http://www.advgazeta.ru/blog/posts/460